- Oh, ce n'est pas ca [О, не в этом дело (фр.)], - сказал, покраснев, миловидный румяный швейцарец, - venez aussi [Садитесь и вы (фр.)], - прибавил он, давая мне место, - мы рысью поедем. Но я отказался, сказав, что догоню их. И мой Саша с новыми знакомцами, что-то руками рассуждая с старушкой, затрясся от меня рысью вперед по дороге.
Я их догнал у харчевни, подле которой молодой мельник остановил свою лошадь. Он тоже заказал себе пива, но я попросил его выпить вина со мною. Мельник принадлежал к тому милому и поэтическому красивому типу швейцарцев, который довольно часто встречается в кантонах Vaud, Женевы, Нешателя и Фрибурга. Громадно широкие плечи и грудь, чрезвычайно развитые мышцы ног и рук, небольшая белокурая голова, румянец во всю щеку и благодушная, кроткая, немного глуповатая улыбка. От трактира, по настоятельному приглашению, я сел с ним рядом на телегу, и мы разговорились. Он сирота, мельник, получает 4 франка, целковый, в неделю, но служит потому, что не записался в граждане и вовсе не находит это записыванье нужным.
- А что, вы не женаты? - спросил я.
- Молод еще, - отвечал он.
- Что же, веселитесь так с молодыми девками?
Он покраснел и оглянулся на старушку, которая сидела сзади.
- Oh non! - сказал [он]. - Я не подхожу к девкам. Ca me gene [О нет! это меня стесняет (фр.)], - прибавил [он], с недоумением пожимая плечами.
- От этого он так и здоров, - подхватила старуха.
- Что, вы его мать? - спросил я у нее.
- Нет, он так меня довозит; я из Россиньера, вот эта деревня на горе, там и большой пансион есть, много иностранцев приезжают.