Дорогой, в военном кителе старик помещик с бородой. "Переселенье". - "Нет, отобрать землю". - "Опять будет неровно". Дочь помещика: опять переделить. Только и сказала.
11 июля.[Ясная Поляна.] Приехал домой: дворянин белесый, пальто без пуговиц.
Две бабы - солдатки деменские. Одна весело просит на хлеб пяти детям и хворосту.
Соня в припадке. Я перенес лучше, но еще плохо. Надо понимать, что ей дурно, и жалеть, но нельзя не отворачиваться от зла.
С Таней разговор о воспитанье занял до утра. Они не люди. [...]
13 июля.[По дороге в Самарское имение.] Выехали. Жалко Соню. Миташа. Его отдали под суд за то, что он добрый и тщеславный. Сидел с нами в 3-м классе хорошо и пошел в царские вагоны к Николаю Николаевичу младшему.
На всех станциях и в народе волнение - царек едет. Ура кричат.
В Скопине толпа давит. Народ на крышах. То же в Ряжске. [...]
15 июля. Оренбургская дорога. Солдат с артелью идет кирпич бить, 57 лет. Один с женой кормится. До 60 лет добью, способие получать стану. Как кормиться. Корсунского уезда. За 70 верст пришли, до парохода, проехали до Самары. Старики подбивали идти пеши, чтобы проездные деньги остались. Был спор об 38 копейках. Настаивали, чтобы лишних 30 верст пройти за 38 копеек. [...]
Самарский хутор. Приехали домой.