2 декабря. Встал охотно, хотел приняться за "Отрочество", но без предыдущих тетрадей нашел неудобным; на новое же ни на что еще не решился. Привел в порядок свои бумаги и письма, обедал дома, читал "Отечественные записки". После обеда говорил и играл в шахматы с несносным Олифером, читал и с таким же сильным насморком ложусь спать.
Правило от лени - порядок в жизни, порядок в умственных и физических занятиях.
Есть два желания, исполнение которых может составить истинное счастие человека, - быть полезным и иметь спокойную совесть.
Тщеславие - происходит и усиливается от морального беспорядка в душе человека. Я прежде только инстинктивно понимал, предчувствовал необходимость порядка во всем; теперь только я понимаю ее.
[...] Я решился, окончив "Отрочество", писать теперь небольшие рассказы, настолько короткие, чтобы я сразу мог обдумать их, и настолько высокого и полезного содержания, чтобы они не могли наскучить и опротиветь мне. Кроме того, по вечерам буду письменно составлять план большого романа и набрасывать некоторые сцены из него. [...]
3 декабря. Встал рано, но ничего не мог начать. Казачий рассказ и нравится и не нравится мне.
[...] У меня есть большой недостаток - неумение просто и легко рассказывать обстоятельства романа, связывающие поэтические сцены.
[...] Я был в нерешительности насчет выбора из четырех мыслей рассказов. 1) "Дневник кавказского офицера", 2) Казачья поэма, 3) Венгерка, 4) "Пропащий человек". Все четыре мысли хороши. Начну с самой, по-видимому, несложной, легкой и первой по времени - "Дневник кавказского офицера".
11, 12, 12, 14, 15, 16 [декабря]. Насморк и горловая боль не прекращаются. Два раза имел неосновательность ходить на охоту (с Сулимовским). Третьего дня приехал Алексеев. Начал вчера "Записки фейерверкера", но нынче ничего не писал, кончил "Историю" Карамзина.
[...] Читал рассказ Писемского "Леший". Что за вычурный язык и неправдоподобная канва!