Вавило был действительно выпивши, а выпил он потому, что был на именинах у каптенармуса. Вернувшись домой, он задумался о своей жизни в сравнении с жизнью Ивана Макеича, каптенармуса. Иван Макеич имел доходы, был женат и надеялся через год выйти в чистую. Вавило же был мальчиком взят в верх, то есть в услужение господам, и вот уже ему было сорок с лишком лет, а он не женился и жил походной жизнью при своем безалаберном барине. Барин был хороший, дрался мало, но какая же это была жизнь! «Обещал дать вольную, когда вернется с Кавказа. Да куда же мне идти с вольной. Собачья жизнь!» — думал Вавило. И ему так захотелось спать, что он, боясь, чтобы кто-нибудь не вошел и не унес что-нибудь, закинул крючок и заснул.
Полторацкий вошел в комнату, где он спал вместе с товарищем Тихоновым.
— Ну что, проигрался? — сказал проснувшийся Тихонов.
— АН нет, семнадцать рублей выиграл, и клико бутылочку распили.
— И на Марью Васильевну смотрел?
— И на Марью Васильевну смотрел, — повторил Полторацкий.
— Скоро уж вставать, — сказал Тихонов, — и в шесть надо уж выступать.
— Вавило, — крикнул Полторацкий. — Смотри, хорошенько буди меня завтра в пять.
— Как же вас будить, когда вы деретесь.
— Я говорю, чтоб разбудить. Слышал?