Панов допил спирт. Авдеев опять попытался подняться и опять сел. Расстелили шинель и положили на нее Авдеева.
— Ваше благородие, полковник едет, — сказал фельдфебель Полторацкому.
— Ну ладно, распорядись ты, — сказал Полторацкий и, взмахнув плетью, поехал большой рысью навстречу Воронцову.
Воронцов ехал на своем английском, кровном рыжем жеребце, сопутствуемый адъютантом полка, казаком и чеченцем-переводчиком.
— Что это у вас? — спросил он Полторацкого.
— Да вот выехала партия, напала на цепь, — отвечал ему Полторацкий.
— Ну-ну, и все вы затеяли.
— Да не я, князь, — улыбаясь, сказал Полторацкий, — сами лезли.
— Я слышал, солдата ранили?
— Да, очень жаль. Солдат хороший.