Яков. Не... Здесь не велят. А где день, где ночь. Есть три копейки – в ночлежном доме, а пропьет все – сюда придет.
2-й мужик. Как же он так?
Яков. Да так, ослаб. А тоже человек какой был, как барин! При золотых часах ходил, по сорока рублей в месяц жалованья брал. А теперь давно с голоду бы помер, кабы не Лукерья.
Явление двенадцатое
Те же и кухарка ( с капустой ).
Яков ( к Лукерье ). А я вижу, Павел Петрович опять тут?
Кухарка. Куда ж ему деться – замерзнуть, что ли?
3-й мужик. Что делает винцо-то! Винцо-то, скажем... ( Щелкает языком с соболезнованием. )
2-й мужик. Известно, окрепнет человек – крепче камня; ослабнет – слабее воды.
Старый повар ( слезает с печи, дрожит и ногами и руками ). Лукерья! Говорю, дай рюмочку.