3 апреля: «Писал немного... Работа с Ванюшкой подвигается. Я меньше конфужусь. 1-я глава «Стихи» написана, но я не составил о ней никакого мнения, скорее дурна, чем хороша, ежели я в нерешительности». 17-я глава (III ред.) «Стихи» — названа здесь 1-й потому, что это — 1-я глава «2-го дня», что и помечено в рукописи III ред.
5 апреля: «... писал очень мало... Завтра встаю со светом и кончаю 1-ый день и пересматриваю его».
6 апреля: «Писал до обеда... Еще писал, но не тщательно, потому что клонил сон... дописал первый день, хотя не тщательно, но слог, кажется, чист, и прибавления не дурны.»
7 апреля: «Перечел и сделал окончательные поправки в 1-ом дне. — Я решительно убежден, что онъ никуда не годится. Слог слишком небрежен и слишком мало мыслей, чтобы можно было простить пустоту содержания. Однако, я решился докончить корректуры всей первой части и завтра примусь за 2-й день. Пошлю ли я или нет это сочинение? Я не решил. Мнение Николеньки решит это дело».
8 апреля: «Обедал, принялся писать, но был не в духе, поэтому, написав две страницы, бросил».
10 апреля: «...принялся за роман, но, написав две страницы — остановился, потому что мне пришла мысль, что второй день не может быть хорош без интересу, что весь роман похож на драму. Не жалею, отброшу завтра все лишнее».
11 апреля: «Думал о переменах, которые нужно сделать в повести, и ежели тоска и апатия, которые я чувствовал нынче — пройдут, завтра примусь за дело.»
12 апреля: «...переводил, потом писал, обедал, еще писал... У меня становится дурная привычка навязываться с чтением моей повести.»
16 апреля: «Писал, но, кажется, нехорошо... Завтра надо рано встать, писать письма, писать...»
17 апреля: «Писал новую главу «Ивины», но вышло дурно. Гости у хозяина и их разговоры мешали мн ѣ заниматься и занимали меня... Отдал переписывать первый день».