Берг встал и, обняв свою жену осторожно, чтобы не измять кружевную пелеринку, за которую он дорого заплатил, поцеловал ее в середину губ.
— Одно только, чтоб у нас не было так скоро детей, — сказал он по бессознательной для себя филиации идей.
— Да, — отвечала Вера, — я совсем этого не желаю. Надо жить для общества.
— Точно такая была на княгине Юсуповой, — сказал Берг, с счастливою и доброю улыбкой, указывая на пелеринку.
В это время доложили о приезде графа Безухова. Оба супруга переглянулись самодовольною улыбкой, каждый себе приписывая честь этого посещения.
«Вот что́ значит уметь делать знакомства, подумал Берг, вот что́ значит уметь держать себя!»
— Только пожалуста, когда я занимаю гостей, — сказала Вера, — ты не перебивай меня, потому что я знаю чем занять каждого, и в каком обществе что́ надо говорить.
Берг тоже улыбнулся.
— Нельзя же: иногда с мужчинами мужской разговор должен быть, — сказал он.
Пьер был принят в новенькой гостиной, в которой нигде сесть нельзя было, не нарушив симметрии, чистоты и порядка, и потому весьма понятно было и не странно, что Берг великодушно предлагал разрушить симметрию кресла, или дивана для дорогого гостя, и видимо находясь сам в этом отношении в болезненной нерешительности, предложил решение этого вопроса выбору гостя. Пьер расстроил симметрию, подвинув себе стул, и тотчас же Берг и Вера начали вечер, перебивая один другого и занимая гостя.