— Кто?
— Графиня Наташа, — отвечал Денисов.
— И как она танцует, какая грация! — помолчав немного, опять сказал он.
— Да про кого ты говоришь?
— Про сестру про твою, — сердито крикнул Денисов.
Ростов усмехнулся.
— Mon cher comte; vous êtes l’un de mes meilleurs écoliers, il faut que vous dansiez, — сказал маленький Иогель, подходя к Николаю. — Voyez combien de jolies demoiselles.[21] — Он с тою же просьбой обратился и к Денисову, тоже своему бывшему ученику.
— Non, mon cher, je ferai tapisserie,[22] — сказал Денисов. — Разве вы не помните, как дурно я пользовался вашими уроками?…
— О нет! — поспешно утешая его, сказал Иогель. — Вы только невнимательны были, а вы имели способности, да, вы имели способности.
Заиграли вновь вводившуюся мазурку. Николай не мог отказать Иогелю и пригласил Соню. Денисов подсел к старушкам и облокотившись на саблю, притопывая такт, что-то весело рассказывал и смешил старых дам, поглядывая на танцующую молодежь. Иогель в первой паре танцовал с Наташей, своею гордостью и лучшею ученицей. Мягко, нежно перебирая своими ножками в башмачках, Иогель первым полетел по зале с робевшею, но старательно выделывающею па̀ Наташей. Денисов не спускал с нее глаз и пристукивал саблей такт, с таким видом, который ясно говорил, что он сам не танцует только от того, что не хочет, а не от того, что не может. В середине фигуры он подозвал к себе проходившего мимо Ростова.