— Старосту, старосту кличет… Дрон Захарыч, вас, — послышались кое-где торопливо-покорные голоса, и шапки стали сниматься с голов.
— Нам бунтовать нельзя, мы порядки блюдем, — проговорил Карп, и несколько голосов сзади в то же мгновенье заговорили вдруг:
— Как старички порешили, много вас начальства…
— Разговаривать?.. Бунт!.. Разбойники! Изменники! — бессмысленно, не своим голосом завопил Ростов, хватая за ворот Карпа. — Вяжи его, вяжи! — кричал он, хотя некому было вязать его кроме Лаврушки и Алпатыча.
Лаврушка однако подбежал к Карпу и схватил его сзади за руки.
— Прикажете наших из-под горы кликнуть? — крикнул он.
Алпатыч обратился к мужикам, вызывая двоих по именам, чтобы вязать Карпа. Мужики покорно вышли из толпы и стали распоясываться.
— Староста где? — кричал Ростов.
Дрон, с нахмуренным и бледным лицом, вышел из толпы.
— Ты староста? Вязать, Лаврушка, — кричал Ростов, как будто и это приказание не могло встретить препятствий. И действительно еще два мужика стали вязать Дрона, который, как бы помогая им, снял с себя кушак и подал им.