Няня.
А вотъ вы бы, моя сударушка, сначала съ нимъ бы не шутили. Этому народцу столько дай (показываетъ на мизинецъ) — онъ всю руку тянетъ. Не кокетничали бы. А то вамъ, что ни попъ — то батька. Вотъ и дококетничались.
Любочка.
Няня, да я совсѣмъ не кокетничала; такъ, прежде играли вмѣстѣ съ Петрушей… и онъ такой противный! А теперь я слова съ нимъ не говорю, все учусь, книжки читаю, что мнѣ Анатолій Дмитріевичъ принесъ, а онъ покоя не даетъ.
Няня.
Построже держать надо себя. Да что, вы такъ по добротѣ! Я бы, коли бы моя воля, я бы эту дрянь въ домъ не пускала. Да дайте срокъ — я ему напою. Вѣдь онъ во всемъ домѣ меня одну боится. Пускай его....
Любочка.
Мамаша, Катенька еще не знаетъ, что я невѣста?
Марья Васильевна.
Нѣтъ, душенька, только отецъ да няня, а больше никто. Вѣдь такъ вы хотѣли. Нынче всѣмъ объявятъ.