Лакей.
Какъ же. Мы съ Федоромъ въ повозку сажали.
Иванъ Михайловичъ.
Въ повозку? въ какую повозку? Я тебя до смерти убью, каналья! — (Подступаетъ къ нему, бросаетъ хлѣбъ,[310] лакей бѣжитъ.)
Марья Васильевна.
Jean, что ты! Ради Бога… (Иванъ Михайловичъ останавливается и задумывается.)
Николаевъ.
Да, братъ, это по новому, совсѣмъ по новому. И жалокъ ты мнѣ, и смѣшонъ! Ты дѣлай глупости, да другихъ въ дураки не ставь. Кабы ты мнѣ не былъ жалокъ, я бъ тебя бросилъ, и слова говорить не сталъ.
Гости.
Да чтожъ было? — Какъ это безъ благословенья!....