Ѳіона Андреевна (съ ужасомъ).
Батюшки, ребенка задушили. Кузьма! люди! народъ![413]
Хрисанфъ Васильевичъ.
Сударыня! сколь не пріятно намъ ваше общество, но въ настоящую минуту[414] мы безъ слезъ обойдемся безъ онаго.
Ѳіона Андреевна.
Тьфу ты!
Люба.
Идите, ступайте. (Захлопываетъ дверь.)
Ѳіона Андреевна (жалобно, показывая разорванное платье).
Крепъ-рашелевое! Благодѣтельница подарила!