— Я тебе говорю, чтоб был кошелек, — кричал Денисов, тряся за плечи денщика и толкая его об стену.
— Денисов, оставь его; я знаю кто взял, — сказал Ростов, подходя к двери и не поднимая глаз.
Денисов остановился, подумал и, видимо поняв то, на что́ намекал Ростов, схватил его за руку.
— Вздор! — закричал он так, что жилы, как веревки, надулись у него на шее и лбу. — Я тебе говорю, ты с ума сошел, я этого не позволю. Кошелек здесь; спущу шкуру с этого мерзавца, и будет здесь.
— Я знаю, кто взял, — повторил Ростов дрожащим голосом и пошел к двери.
— А я тебе говорю, не смей этого делать, — закричал Денисов, бросаясь к юнкеру, чтоб удержать его.
Но Ростов вырвал свою руку и с такою злобою, как будто Денисов был величайший враг его, прямо и твердо устремил на него глаза.
— Ты понимаешь ли, что́ говоришь? — сказал он дрожащим голосом, — кроме меня никого не было в комнате. Стало быть, ежели не то, так…
Он не мог договорить и выбежал из комнаты.
— Ах, чорт с тобою и со всеми, — были последние слова, которые слышал Ростов.