Князь Андрей отвечал. После этого вопроса следовали другие, столь же простые вопросы: «здоров ли Кутузов? как давно выехал он из Кремса?» и т. п. Император говорил с таким выражением, как будто вся цель его состояла только в том, чтобы сделать известное количество вопросов. Ответы же на эти вопросы, как было слишком очевидно, не могли интересовать его.
— В котором часу началось сражение? — спросил император.
— Не могу донести вашему величеству, в котором часу началось сражение с фронта, но в Дюренштейне, где я находился, войско начало атаку в 6 часу вечера, — сказал Болконский, оживляясь и при этом случае предполагая, что ему удастся представить уже готовое в его голове правдивое описание всего того, что́ он знал и видел.
Но император улыбнулся и перебил его:
— Сколько миль?
— Откуда и докуда, ваше величество?
— От Дюренштейна до Кремса?
— Три с половиною мили, ваше величество.
— Французы оставили левый берег?
— Как доносили лазутчики, в ночь на плотах переправились последние.