Федор Иваныч. Учены, учены, хоть бы Алексей Владимирович, профессор он, а все другой раз сильно сомнение берет. Народные суеверия, грубые, истребляются, суеверия домовых, колдунов, ведьм… А ведь если вникнуть, ведь это такое же суеверие. Ну, разве возможно это, чтобы души умерших и говорили бы и на гитаре играли бы? А дурачит их кто-нибудь или сами себя. А уж это с Семеном и не поймешь что. (Рассматривает альбом.) Ведь вот их альбом спиритический. Ну, возможное ли это дело, чтобы фотографию с духа снять? А вот изображение — турок и Леонид Федорович сидят. Удивительна слабость человеческая!
Явление одиннадцатое
Федор Иваныч и Леонид Федорович.
Леонид Федорович (входя). Что, готово?
Федор Иваныч (встает не торопясь). Готово. (Улыбаясь.) Только не знаю, как бы ваш новый медиум не скомпрометовал вас, Леонид Федорович.
Леонид Федорович. Нет, мы испытывали с Алексеем Владимировичем. Удивительно сильный медиум!
Федор Иваныч. Уж этого не знаю. Только чист ли он? Вы вот не позаботились руки ему велеть вымыть. А то все-таки неудобно.
Леонид Федорович. Руки? Ах, да. Нечисты, ты думаешь?
Федор Иваныч. Да как же, мужик. А тут дамы, и Марья Васильевна.
Леонид Федорович. Ну и прекрасно.