Толстая барыня. И мне многое было открыто этим сном. Нынче уж эти молодые люди (указывает на Петрищева и на Василья Леонидыча) всё отрицают.
Василий Леонидыч. А я никогда, я вам скажу, ничего не отрицаю. А, что?
Явление восемнадцатое
Те же. Входят Бетси и Марья Константиновна и вступают в разговор с Петрищевым.
Толстая барыня. А как же можно отрицать сверхъестественное? Говорят: не согласно с разумом. Да разум-то может быть глупый, тогда что? Ведь вот на Садовой, — вы слышали? — каждый вечер являлось. Брат моего мужа — как это называется?.. не beau-frère,[21] а по-русски… не свекор, а еще как-то? Я никогда не могу запомнить этих русских названий, — так он ездил три ночи сряду и все-таки ничего не видал, так я и говорю…
Леонид Федорович. Так кто же да кто остается?
Толстая барыня. Я, я!
Сахатов. Я!
Барыня (к доктору). Неужели вы остаетесь?
Доктор. Да, надо хоть раз посмотреть, что тут Алексей Владимирович находит. Отрицать бездоказательно тоже нельзя.