Венеровский (подает ей книги). Вот она; обратите внимание на эту статью. Очень он хорошо разбирает… Да не хотите ли в ту комнату, чтоб мы вам не мешали?
Катерина Матвеевна. Нет.
Венеровский. Право, вам лучше.
Катерина Матвеевна. Нет.
Венеровский (в сторону). Опять невозможно объяснение!
Катерина Матвеевна садится к столу в стороне, облокачивается и начинает читать, изредка взглядывая на Венеровского и сомнительно качая головой. Иван Михайлович садится к столу, раскрывает портфель и разбирает бумаги, Венеровский садится против него.
Иван Михайлович. Ну, вот, любезный и дорогой Анатолий Дмитриевич…
Венеровский. В чем дело-с? Говорите.
Иван Михайлович. Вы были так благородны в первый день, когда я стал говорить о Любочкином состоянии, что отклонили от себя этот разговор; я это очень ценю, поверьте. Но согласитесь, что мне, как отцу, приятно, так сказать, дать отчет в управлении состоянием дочери, дать отчет перед будущим ее мужем…
Венеровский. Что ж, я слушаю-с. Говорите.