— Ну, это само собой разумеется. Итак…
— Я нынче был присяжным, и мы осудили женщину в каторжные работы — невинную. Меня это мучает.
Нехлюдов неожиданно для себя покраснел и замялся. Фанарин блеснул на него глазами и опять опустил их, слушая.
— Ну-с, — только проговорил он.
— Осудили невинную, и я желал бы кассировать дело и перенести его в высшую инстанцию.
— В сенат, — поправил Фанарин.
— И вот я прошу вас взяться за это.
Нехлюдов хотел кончить поскорее самое трудное и потому тут же сказал:
— Вознаграждение, расходы по этому делу я беру на себя, какие бы они ни были, — сказал он, краснея.
— Ну, это мы условимся, — снисходительно улыбаясь его неопытности, сказал адвокат.