Мальчик был в лаптях и онучах, в прорванной на плече, грязной суровой рубашонке и в картузе с оторванным козырьком.
— Чье наше?
— А пироговское.
— А тебе сколько лет?
— Не знаю.
— Грамоте знаешь?
— Нет, не знаю.
— Что ж, разве нет училища?
— Я ходил.
— Что ж, не выучился?