Карета и коляска вместе остановились у станции. Из коляски вышли муж больной женщины и доктор и подошли к карете.
- Как вы себя чувствуете? - спросил доктор, щупая пульс.
- Ну, как ты, мой друг, не устала? - спросил муж по-французски. - Не хочешь ли выйти?
Матреша, подобрав узелки, жалась в угол, чтобы не мешать разговаривать.
- Ничего, то же самое, - отвечала больная. - Я не выйду.
Муж, постояв немного, вошел в станционный дом. Матреша, выскочив из кареты, на цыпочках побежала по грязи в ворота.
- Коли мне плохо, это не резон, чтобы вам не завтракать, - слегка улыбаясь, сказала больная доктору, который стоял у окна.
"Никому им до меня дела нет, - прибавила она про себя, как только доктор, тихим шагом отойдя от нее, рысью взбежал на ступени станции. - Им хорошо, так и все равно. О! Боже мой!"
- Ну что, Эдуард Иванович, - сказал муж, встречая доктора и с веселой улыбкой потирая руки, - я велел погребец принести, вы как думаете насчет этого?
- Можно, - отвечал доктор.