Анисья ( выхватывает ребенка у него из рук и кидает в погреб ). Задуши скорей, не будет живой. ( Сталкивает Никиту вниз. ) Твое дело, ты и прикончи.
Maтрена ( садится на приступку ). Жалостлив он. Трудно ему, сердечному. Ну, да что ж! Его грех тоже. ( Анисья стоит над погребом. Матрена садится на приступок крыльца, поглядывает на нее и рассуждает. ) И-и-и как испужался! Ну, да что ж? хоть и трудно, помимо-то нельзя. Куда денешься-то? Тоже, подумаешь, как другой раз просят детей! Ан, глядь, бог не дает, всё мертвеньких рожают. Вон хоть бы попадья. А тут не надо его, тут и живой. ( Глядит к погребу. ) Должно, покончил. ( К Анисье. ) Ну что?
Анисья ( глядя в погреб ). Доской прикрыл, на доску сел. Кончил, должно.
Матрена. О-ох! И рад бы не грешить, а что сделаешь?
Никита ( вылезает, трясется весь ). Жив все! Не могу! Жив!
Анисья. А жив, так куда ж ты? ( Хочет остановить его. )
Никита ( бросается на нее ). Уйди ты! Убью я тебя! ( Схватывает ее за руку, она вырывается, он бежит за ней с скребкой. Матрена бросается к нему навстречу, останавливает его. Анисья убегает на крыльцо. Матрена хочет отнять скребку. Никита на мать. ) Убью, и тебя убью, уйди! ( Матрена убегает к Анисье на крыльцо. Никита останавливается. ) Убью. Всех убью!
Матрена. С испугу это. Ничего, сойдет это с него.
Никита. Что ж это они сделали? Что они со мной сделали? Пищал как... Как захрустит подо мной. Что они со мной сделали! И жив, все, право, жив! ( Молчит и. прислушивается ). Пищит... Во пищит. ( Бежит к погребу. )
Матрена ( к Анисье ). Идет, видно, зарыть хочет. Микита, тебе бы фонарь.