Анисья. А он-то что ж?
Матрена. Да напугался больно. Напорно уж больно ты налегла на него. Не замай, опамятуется. Бог с ним, уж я сама потружусь. Фонарь-то поставь тут. Я увижу. ( Матрена скрывается в погребе. )
Анисья ( на дверь, куда ушел Никита ). Что, догулялся? Широк ты был, теперь, погоди, сам узнаешь каково. Пыху-то сбавишь.
Явление шестнадцатое
Те же и Никита ( выскакивает из сеней к погребу ).
Никита. Матушка, а матушка?
Матрена ( высовывается из погреба ). Чего, сынок?
Никита ( прислушивается ). Не зарывай, живой он. Разве не слышишь? Живой! Во... пищит. Во, внятно...
Матрена. Да где ж пищать-то? Ведь ты его в блин расплющил. Всю головку раздребезжил.
Никита. Что ж это? ( Затыкает уши. ) Все пищит! Решился я своей жизни. Решился! Что они со мной сделали?! Куда уйду я?! ( Садится на приступки. )