Никита. А мать где?
Анютка. Она в сенцах стоит, плачет.
Никита. То-то. Зови ее, вели самовар несть. Да давай, Акулина, посуду-то.
Акулина. Посуду-то? Ну что ж. ( Собирает посуду. )
Никита ( достает наливку, баранки, селедки ). Это, значит, себе, это бабе пряжа, карасин там в сенях. А вот и деньги. Постой. ( Берет счеты. ) Сейчас смекну. ( Кидает. ) Мука пшеничная восемь гривен, масло постное... Батюшке 10 рублев. Батюшка! Иди чай пить.
Молчание. Аким сидит на печи и перевивает оборы.
Явление пятнадцатое
Те же и Анисья.
Анисья ( вносит самовар ). Куда ставить-то?
Никита. Ставь на стол. Что, али сходила к старосте? То-то, говори да и откусывай. Ну, будет серчать-то. Садись, пей. ( Наливает ей рюмку. ) А вот и гостинчик тебе. ( Подает сверток, на котором сидел. Анисья берет молча, качая головой. )