— Чтоб не забывалась, — сказал надзиратель.
— Нет, подождите, пожалуйста, — сказал Нехлюдов. Надзиратель отошел опять к окну.
Маслова опять села, опустив глаза и крепко сжав свои скрещенные пальцами маленькие руки.
Нехлюдов стоял над ней, не зная, что делать.
— Ты не веришь мне, — сказал он.
— Что вы жениться хотите — не будет этого никогда. Повешусь скорее! Вот вам.
— Я все-таки буду служить тебе.
— Ну, это ваше дело. Только мне от вас ничего не нужно. Это я верно вам говорю, — сказала она. — И зачем я не умерла тогда? — прибавила она и заплакала жалобным плачем.
Нехлюдов не мог говорить: ее слезы сообщились ему.
Она подняла глаза, взглянула на него, как будто удивилась, и стала утирать косынкой текущие по щекам слезы.