Вторая княжна вышла из комнаты больного с заплаканными глазами и села подле доктора Лоррена, который в грациозной позе сидел под портретом Екатерины, облокотившись на стол.
— Très beau, — говорил доктор, отвечая на вопрос о погоде, — très beau, princesse, et puis, а Moscou on se croit а la campagne.[162]Прекрасно — прекрасная погода, прекрасная княжна, и потом Москва так похожа на деревню.
— N’est-ce pas?[163]Не правда ли? — сказала княжна, вздыхая. — Так можно ему пить?
Лоррен задумался.
— Он принял лекарство?
— Да.
Доктор посмотрел на брегет.
— Возьмите стакан отварной воды и положите une pincée (он своими тонкими пальцами показал, что значит une pincée) de cremortartari…[164]щепотку кремортартара…
— Не пило слушай, — говорил немец-доктор адъютанту, — чтопи с третий удар шивь оставался.
— А какой свежий был мужчина! — говорил адъютант. — И кому пойдет это богатство? — прибавил он шепотом.