— Что вы об этом думаете, князь? — позволил себе Десаль обратиться с вопросом.
— Я! я!.. — как бы неприятно пробуждаясь, сказал князь, не спуская глаз с плана постройки.
— Весьма может быть, что театр войны так приблизится к нам…
— Ха-ха-ха! Театр войны! — сказал князь. — Я говорил и говорю, что театр войны есть Польша, и дальше Немана никогда не проникнет неприятель.
Десаль с удивлением посмотрел на князя, говорившего о Немане, когда неприятель был уже у Днепра; но княжна Марья, забывшая географическое положение Немана, думала, что то, что ее отец говорит, правда.
— При ростепели снегов потонут в болотах Польши. Они только могут не видеть, — проговорил князь, видимо, думая о кампании 1807-го года, бывшей, как ему казалось, так недавно. — Бенигсен должен был раньше вступить в Пруссию, дело приняло бы другой оборот…
— Но, князь, — робко сказал Десаль, — в письме говорится о Витебске…
— А, в письме, да… — недовольно проговорил князь, — да… да… — Лицо его приняло вдруг мрачное выражение. Он помолчал. — Да, он пишет, французы разбиты, при какой это реке?
Десаль опустил глаза.
— Князь ничего про это не пишет, — тихо сказал он.