— Вот, пожалуйста!
Карта была новенькая, без пометок. Даже маршрут челночной операции не был на ней прочерчен. Мгеладзе заметил, однако: карта была сложена так, что на верхнем листе ее оказалась как раз та местность, на которой находились штаб инженерной бригады и участок переднего края фронта. Обратил внимание Мгеладзе и на то, что карта была более крупного масштаба, чем аэронавигационные, которыми обычно пользуются летчики.
— Мы находимся примерно вот здесь, — произнес он, нанося на карту овал красным карандашом.
— О, кэй! — удовлетворенно воскликнул американец и спрятал карту в планшет.
С лица его не сходила счастливая улыбка. Казалось, он был страшно рад, что видит этих русских парней. Достав еще одну пачку сигарет, он снова радушно протянул ее сначала старшему сержанту, затем всем остальным.
Батюшкин хоть и взял сигарету, но заметил при этом:
— Жидковат табачок-то против нашего.
Чуенко поморщился, будто ему предложили что-то очень кислое, и решительно отказался от сигареты. Один только Мгеладзе вежливо поблагодарил американского сержанта, хотя и ему сигарета не пришлась по вкусу.
— Так вот, — говорил между тем американец, — наш оулд мэн... как это будет по-вашему? Ага, старик. Наш старик приказал мне связаться по радио с начальником нашей эйвиэйшн службы на вашей территории.
— Який такий старик? — удивился Чуенко. — Шо цэ за диды там на ихней «фортеции»?