– Я боюсь, что мы злоупотребим терпением ваших близких.
– А может быть, вашим гостеприимством? Простите, мистер Джеральд, – продолжала девушка, и легкая тень омрачила ее лицо, – я не подумала об этом. Вероятно, вы живете не один? В вашей хижине есть еще кто-нибудь?
– О да! Я поселился здесь не один. Со мной…
Прежде чем мустангер закончил свою речь, в воображении Луизы встал образ девушки ее лет, только полнее, с бронзовым оттенком кожи, с миндалевидным разрезом глаз. Зубы у нее, должно быть, белее жемчуга, на щеках алый румянец, волосы, как хвост Кастро, бусы на шее, браслеты на ногах и руках, замысловато вышитая короткая юбочка, мокасины с бахромой на маленьких ножках. Таким представила себе Луиза второго обитателя хижины мустангера.
– Может быть, появление гостей, особенно незнакомых, будет не совсем удобно?
– Напротив, он всегда очень рад гостям, будь то незнакомые или же друзья. Мой молочный брат очень общительный человек, но ему, бедняге, теперь мало с кем приходится встречаться.
– Ваш молочный брат?
– Да. Его зовут Фелим О'Нил. Как и я, он уроженец Изумрудного Острова[30]Изумрудный Остров- поэтическое название Ирландии., графства Голуэй. Только в его речи ирландский акцент еще слышнее, чем в моей.
– О, как бы мне хотелось его послушать! Ведь диалект графства Голуэй очень своеобразен. Не правда ли?
– Мне трудно об этом судить, я ведь сам оттуда. Но если вы согласитесь на полчасика воспользоваться гостеприимством Фелима, то сможете составить собственное мнение.