Все же еще можно ускакать. Ее, несомненно, будут преследовать. Но догонят ли, особенно по этим извилистым тропинкам, так хорошо ей знакомым?
С этой мыслью она уже поворачивает лошадь, но тотчас снова останавливает ее и спокойно ожидает несущийся к ней отряд. Ее слова объясняют, почему она это сделала.
– Они слишком хорошо одеты для простых охотников. Это, должно быть, отряд, о котором я слышала, – во главе с отцом… Да-да, это они. Вот возможность отомстить! Это воля Божья.
Вместо того чтобы свернуть в заросли, Исидора выезжает на открытое место и с решительным видом направляется навстречу всадникам. Она натягивает поводья и ждет их приближения. У нее созрел предательский план.
Через минуту мексиканку со всех сторон окружают всадники.
Их человек сто, они вооружены самым разнообразным оружием, одеты пестро. Единственно, что делает их похожими друг на друга, – это налет бурой пыли на их одежде и суровое выражение лица, едва смягченное чуть заметным любопытством.
Очутившись в таком обществе, кто угодно испугался бы, тем более женщина, но Исидора не проявляет и тени страха. Она не считает опасными людей, которые так бесцеремонно окружили ее. Некоторых из них она знает по виду. Но пожилого человека, который, должно быть, возглавляет отряд и сейчас обращается к ней с вопросом, она никогда раньше не видела, хотя догадывается, кто он. Это, вероятно, отец убитого юноши, отец девушки, которую она хотела бы видеть убитой или, во всяком случае, опозоренной.
Какой благоприятный случай!
– Вы говорите по-французски, мадемуазель? – спрашивает ее Вудли Пойндекстер, полагая, что этот язык она скорее поймет.
– Очень немного, сеньор. Лучше говорите по-английски.