И сразу на полянке затих весёлый смех. Потом стало слышно, как на траву упала одна капля, потом другая, третья, и вот словно зашумел внезапно хлынувший дождь. Кнут хоть и не видел ничего, но сразу догадался, что это плачут эльфы. Ему даже стало жалко, что эти маленькие весёлые существа так горюют.
- Послушайте, - сказал наконец Кнут, - если вы освободите меня, я прикажу моей дудочке развеселить вас. А не освободите - так всегда и будете лить слёзы!
Ничего страшнее эльфы не могли себе представить. Громко всхлипывая, эльфы бросились срывать с Кнута паутину, распутывать ему руки и ноги.
И вот наконец Кнут встал во весь рост и оглядел своих маленьких врагов. Ну и жалкий был у них вид!
Но всё-таки Кнут не мог отказать себе в удовольствии, ещё разок пугнуть их. Он снова дунул в дудочку, и она снова протяжно и жалобно затянула: «Ой-ой-ой!»
Бедные эльфы! Больше всего на свете они хотели смеяться, а эта ужасная дудочка заставляла их поневоле плакать.
Но Кнут не стал долго мучить их. Он ещё раз дунул в дудочку, и громкая, весёлая песня сразу зазвучала над поляной.
«Тра-та-та! Тра-та-та!» - заливалась дудочка.
Что тут сделалось с эльфами! Они чуть не сошли с ума от радости. Они прыгали так высоко, что могли достать даже жаворонков в небе. Кнут то и дело отряхивался, потому что эльфы сыпались на него, слов-, но осенние листья.
- Ну, мне пора идти, - сказал Кнут, когда эльфы вволю наплясались. - До свидания, маленькие эльфы! Веселитесь, да не забывайте о моей дудочке!