— И потом мы не можем оставить наших великанов, — сказал Сильвестр.
— А нельзя ли их взять во дворец? — милостиво сказала королева. Она была в отличном расположении духа и нисколько не сердилась, что ей возражают.
— Нет, это невозможно, — ответили Сильвестр и Сильвий. — Они живут в лесу. И они очень старые. Одному великану триста семьдесят лет, а другому триста восемьдесят восемь.
— Чего только не выдумают дети! — воскликнули в один голос король и королева и при этом так дружно рассмеялись, словно они были не король и королева, а самые обыкновенные люди.
— Ну, хорошо, — сказала королева, — тогда я велю построить тут дворец, и вы будете каждый день приходить ко мне в гости. Ваше величество, — обратилась она к королю, — прикажите распрягать коней, мы остаемся здесь.
Сказано — сделано. Каменщики и плотники сейчас же принялись строить дворец. В знак своей милости королева приказала раздать всем по мятному прянику, а Сильвия и Сильвестр получили, кроме того, огромный крендель, который испек сам королевский булочник. Крендель этот был такой большой, что с трудом поместился на санях.
На обратном пути лесничиха шепнула мужу:
— Слушай, старик, а ведь я правду говорила!
— Это ты про что? — спросил лесник.
— Да ведь околдовал кто-то наших детей. Неужто ты сам не видишь? Куда они ни повернутся, на что ни взглянут, — солнце так сразу и засветит. Да посуди сам, где это видано, чтобы зимой цвели деревья и чтобы королева так милостиво разговаривала с деревенскими детьми? Уж я знаю, что тут колдовство замешано. Боюсь, как бы не вышло беды.