— Пришел я в наш фабричный дом на Дальней улице. Мальчики меня встретили, как будто я каждому принес по торту.
— Нужны им твои торты…
Автобус подходит к заставе и останавливается. Сейчас же за заставой — жилые дома кондитерской фабрики. Несколько человек выходят из автобуса. Дверь захлопывается, автобус трогается.
Футболисты, сидящие сзади Ипполита, продолжают переговариваться.
— Был я вчера в больнице, у Гаврилова. Посидели мы с ним, поговорили. Простились. Иду я халат сдавать. А меня доктор в сторонку отзывает. Думаю, что-нибудь о здоровье Гаврилова скажет…
— А он?
— А он совсем о другом. Понимаешь, заявилась в больницу целая делегация — две какие-то девочки и мальчишка. Из Грибного переулка. К Гаврилову делегация. Смирнов же наотрез отказался.
— Такого разве уломаешь!
— И одна девочка такое наговорила! Что ребята совсем погибают, что их обидели ни за что, что надо принимать какие-то особенные меры… Даже доктор расстроился.
— Понятно.