–Мы на «Шотландце».
–А куда идете? - спросил я.
–В Болонью. Туда мы можем тебя довезти. Дальше нельзя. Боцман у нас собака.
–Ладно. Хотя бы до Болоньи. Когда вы снимаетесь?
–Самое лучшее, если ты придешь в восемь. В это время боцман как раз выпивает. Мы будем стоять на палубе. Если шапка будет у меня на затылке, можешь подняться; если же нет, то подождешь. Не ходи только слишком много у нас под носом. Если же тебя поймают, дай лучше побить себе морду, но не выдавай нас. Здесь дело чести, понял?
В восемь часов я был на месте. Шапка сидела на затылке. Боцман был пьян, как стелька, и не протрезвился до самой Болоньи. Тут я вышел и очутился во Франции.
Я разменял свои деньги на французские франки. Потом отправился на вокзал, где стоял экспресс «Болонья - Париж». Взял билет до первой станции и сел в поезд.
Французы слишком вежливы, чтобы беспокоить пассажиров в дороге.
Так я доехал до Парижа. Но тут стали проверять билеты, а у меня билета не оказалось.
Опять полиция. Ну конечно! Да и как дело могло бы обойтись без полиции? Пошло невероятное коверканье языка. Я - несколько слов по-французски, они - несколько слов по-английски. Большую часть того, что они говорили, мне приходилось отгадывать: «Откуда я?» - «Из Болоньи».- «Как я попал в Болонью?» - «На корабле». - «Где моя корабельная карточка?» - «У меня ее нет».