Затем он вернулся к окошку и опять лёг на пол.
– Мы сейчас испытаем новое ощущение, – сказал он.
Пронзительный шум динамомашины быстро упал в высоте тона; пылающий свет гелия под Кольцом медленно бледнел и вскоре исчез. Это и был тот момент, когда Торнтон потерял Кольцо из виду в искателе большого телескопа.
Едва прекратился поток гелия, у всех явилось любопытное ощущение. Давление, которое тянуло их к полу, постепенно ослабело, и тела их стали легче. Хукер положил руки на пол сбоку и, оттолкнувшись, поднялся на всю длину рук. Он легко держался на кончиках пальцев; потом, к изумлению своих спутников, быстро поднял руки, но вместо того, чтобы упасть, медленно вернулся в первоначальное положение, подобно телу взвешенному в жидкости.
– Через мгновенье мы ничего не будем весить, – объявил он. – Двигатель ещё работает, но скоро остановится совсем, и тогда – прощай тяжесть!
Не было никакого ощущения движения. Казалось, Кольцо висит неподвижно в пространстве. Подобно обитателям Земли, движущимся в пространстве со скоростью ста девяти тысяч километров в час, путешественники не ощущали своего движения.
– Но почему же мы ничего не будем весить? – спросил Борк. – Разве Земля нас больше не притягивает?
– Конечно, – возразил Хукер. – Земля притягивает, но единственное действие этого притяжения скажется лишь в уменьшении нашей скорости…
– О, я чувствую себя очень странно, – прервала Рода. – Будто лечу в каком-то очарованном сне. Боюсь захворать…
– Не заболеете – успокаивал Хукер. – Ощущение, будто все поддерживающие связи ослабли, через минуту пройдёт.