Когда глаза привыкли к мраку, все увидели, что большой диск в Млечном Пути был не совсем тёмен, а светил бледно-серым фосфоресцирующим светом. Сквозь этот свет они могли различить очертание материков Северной и Южной Америк. Огромный диск, под ними поглощавший столько света, был не что иное, как тёмная сторона Земли, освещённая Луной.
Несколько минут они в безмолвном удивлении смотрели на далёкий шар. Ни один звук, ни малейшее сотрясение не показывали, что они летят в пространстве. Единственным признаком полёта было постепенное, едва заметное уменьшение диска Земли под их ногами.
– Эттербери должен видеть это – воскликнул вдруг Борк; он пробрался к говорной трубе и позвал инженера. Через несколько секунд появился Эттербери. Едва он вместе с остальными взглянул в окошечко, как показался серебристый свет в форме нежных полос, струившихся с одной стороны тёмного круга Земли под ними. С каждым мгновением струи света росли и становились ярче.
– Что там происходит внизу? – крикнул возбуждённо Борк. – Не горит ли наш старый мир?
– Это, должно быть, солнечная корона, – ответил Хукер. – Мы видели затмение Солнца Землёй. Мы оставили Вашингтон ночью, так что Солнце было позади Земли. Сейчас мы близ края конуса земной тени и скоро выйдем в полный солнечный свет.
– Как чудно! – воскликнула Рода. – Одно это делает поездку восхитительной.
– Глядите, – крикнул Хукер. – Солнце!
Полукольцо сияющего фиолетового света окружало большой диск Земли. Постепенно яркость его увеличивалась, свет перешёл в белый и, наконец, в оранжево-красный. Когда кольцо вышло из конуса тени, край Земли зажёгся ослепительным блеском, чуть показался сверкающий шар солнца.
Воздух сразу потеплел; иней сошёл со стекла окошка. Однако, несмотря на этот свет, небо оставалось чёрным, как в полночь, и покрытым звёздами. Не было атмосферы, поэтому свет не исходил от неба; солнце, пылавшее в глубине пространства, не давало никакого освещения внутри Кольца. Только через стекло окна Солнце отбрасывало круглое пятно света на потолке, и пятно это сияло, подобно дуговой лампе. Таким образом комната, в сущности заливаемая лучами солнца, была освещена только тем светом, который рассеивался сияющим пятном на потолке. Солнечные лучи, не встречая на пути никакой поглощающей среды, ударяли прямо в алюминиевые бока Кольца. Температура быстро повышалась и стала почти невыносимой.
– Ох! – вздохнул Борк. – Если так пойдёт дальше, мы растаем.