— Ишь ты, маршируют, как на параде! — говорили в кучке возле Мартынова.
— Эх, не оставили нам пушек! Сейчас бы картечью их, как перепелов бы, положили.
— Красуются, дьяволы! Видать, забыли, как прошлый год с сопки в море кувыркались.
Шедший впереди высокий белокурый офицер что-то скомандовал, отряд, брякнув оружием, остановился, и этот офицер в сопровождении еще нескольких направился к кучке обывателей. Офицер шагал журавлем, его румяное коротконосое лицо имело презрительное выражение.
— Кто здесь начальник? — с сильным акцентом спросил офицер.
Из толпы вышел ссыльный поляк Стражевский и, указав на Мартынова, что-то сказал не по-русски. Офицер, смерив Мартынова взглядом, резко спросил:
— Вы комендант крепости Петропавловск? Мартынов сидел выпрямившись, опираясь на палку обеими руками. Он не хотел встать, чтобы не обнаружить свою хромоту и не уронить перед врагом достоинство представителя русской армии.
Ярость закипала в нем от вида чужеземных морских солдат, хозяевами стоящих на русской земле. Но он сдерживал себя.
— Я смотритель зданий упраздненной крепости Петропавловск, — сказал он, указывая на несколько деревянных пустых магазинов, зиявших открытыми дверями.
— Покажите все казенные здания и имущество крепости! — потребовал офицер.