Елисатов (кричит, выходя с вещами из штаба). Павла Петровна, я здесь. Места в автомобиле забронированы. Нужно только кое-что оформить. Сию минуту! (Ушёл в штаб.)
Появляется Панова.
Панова (ему вслед). Только поскорее… (Входящей Любови.) Душечка! К мужу? Совет да любовь. На чём сошлись? На Кошкине, кажется?
Любовь. Как это?
Панова. Обыкновенно: предали.
Любовь. Ты, мерзавка, предала.
Панова. Ошибаешься, душечка. Предают друзей. Я врагов поймала. А за помощь — спасибо.
Любовь (сделала движение выхватить револьвер). Пулю на тебя жаль тратить: считанные.
Панова. Вот теперь мы на «ты» и поговорим душа в душу. (Приблизив к ней лицо, говорит тихо, проникновенно.) Ты хуже гадины. Смертельно ненавижу твои глаза, позеленевшие от вековой злобы… Твои чешуйки-морщинки на лбу, сдавившем убогую, отравленную мыслишку! Губы твои извиваются, как гадёныши… Гидра многомиллионная! Ненавижу… на всю жизнь!
Любовь. Это всё, что осталось тебе в жизни, гад с вырванным жалом. Уползай с нашей земли!