Елисатов. Хотя бы силуэтно?
Малинин. Ну, если силуэтно…
Елисатов. Что побудило эти деревни скосить помещичьи нивы и разгромить усадьбы?
Малинин. Исключительно большевистская агитация.
Елисатов. Удалось ли захватить агитаторов?
Малинин. Полностью и без остатка.
Елисатов. Какие взяты меры успокоения?
Малинин. Решительные и срочные, оперируя в рамках сожжения деревень и экзекуции. Впрочем, это не для печати. В печати же прошу отметить, что в трудном двухнедельном походе весь отряд, от командира до последнего солдата, был выше похвал. Все одинаково одушевлены были готовностью пойти за веру — на крест, за царя — на плаху, за отечество — на штык. А за такие ручки (целует руки Пановой) — в огонь и в воду.
Панова. Кто же вас там на плаху? Бабы?
Кутов. Да и штыки в тылу как будто… (Фыркает.)