После короткого перерыва, во время которого на эсминце прислушивались к подводным шумам, моряки снова двинулись вдогонку за лодкой. Подводные шумопеленгаторы указывали, что лодка со скрипом поползла по грунту. Это происходило на глубине свыше ста метров, но звуки оттуда доносились четко. Теперь эсминец проскочил над этим местом средним ходом и даже уменьшил скорость до минимальной и снова начал сбрасывать бомбы. Они рвались на глубине, где давление воды достигает десяти атмосфер, и достаточно было малейшей пробоины, чтобы лодка навсегда осталась на дне.
Сбросив очередную порцию бомб и проследив с поверхности за их разрывами, Трофимов снова остановил корабль.
Командир был уверен в своем успехе. Подводный пират не мог спастись от этого ливня бомб. Но все же не мешало бы проверить свои догадки, постояв здесь до утра и не прекращая ни на минуту наблюдений за шумом подводной лодки. Только теперь он поднял голову и взглянул на звездное небо. Приближался рассвет.
Командир прислушался: ему показалось, что снова что-то жужжит и звенит в воздухе.
— Самолет, товарищ командир! — доложил вахтенный.
Снова над ними появился самолет. Трофимов хотел приказать прожекторам поймать его, потом передумал и решил не выдавать места стоянки эсминца. Но, должно быть, пилот отважился при свете звезд сесть на воду: с эсминца заметили на миг его очертания, потом затих мотор, и самолет, снижаясь, пропал из виду. Вскоре вдали мелькнул огонек фонаря. Он то гас, то зажигался и светил то красным, то зеленым. Вахтенный сигнальщик доложил:
— Сигналит, хочет разговаривать.
— Спросите, кто он и чего хочет.
Сигнальщик послал этот вопрос боевым фонарем, который был снабжен специальными щитками, направляющими свет только в одну сторону. В ответ быстро замелькали огоньки.
— Отвечает, что «Разведчик рыбы». Просит разрешения подойти.