— Нет, это неправда!
— Ну, все понятно. Значит, вы думаете, что погибнете героем, что о вас сложат песни, легенды, что вы добудете себе бессмертную славу? — Шпион засмеялся.
Он перевел свои слова командиру, и тот тоже захихикал.
— Но никто не узнает, как вы погибли. Даже когда найдут ваш труп, то просто-напросто решат, что неосторожный юноша утонул в море. Закопают, и всё. Крышка!
Анч издевался над юнгой. Командир лодки не понимал слов шпиона, но догадывался о них по выражению лица Анча и саркастически улыбался.
Юнга, сжав зубы, выслушал врагов, а потом, выпрямившись, сказал:
— Ошибаетесь, господа, о моей смерти узнают скоро и заплатят как следует.
— Ха-ха-ха! — смеялся Анч. — Откуда узнают? — И он что-то сказал командиру.
Последний выдвинул из стола ящик, вытащил оттуда какую-то бумажку и подал ее Анчу. Анч, развернув ее, стал читать, растягивая слова:
«Мои любимые и дорогие! Я должен…»