Когда дед вошел в дом, дочь вскочила со своего места и бросилась к нему, словно надеясь увидать на его руках своего сына. Но на руках у деда лежал не Марко, а неизвестный окровавленный подросток. Женщина поняла, что случилось несчастье, и склонилась над спасенным с материнской нежностью.
— Это девочка, — произнесла она.
Неизвестная раскрыла глаза, посмотрела вокруг ничего не понимающим взглядом и снова опустила веки. Ее раздели и положили на постель, растерли и одели в платье, которое несколько лет назад принадлежало Марку, а теперь ждало, пока подрастет Грицко.
Ни женщина, ни старик не могли узнать девочку. Может быть, она была из Соколиного? Всех детей и подростков оттуда они не знали. А может быть, это была и совсем чужая девочка, с какой-нибудь погибшей в море шаланды.
В это время проснулся Грицко. Первое, что он увидел, были фигуры матери и деда, склоненные над кроватью, где лежал кто-то в мальчишеской одежде.
— Марко! — вскрикнул мальчик, вскочил и подбежал к постели.
Но это был не Марко, а девочка. Грицко внимательно посмотрел на ее лицо.
— Зоря Находка! — проговорил он, широко раскрывая глаза. — А где Марко?
Женщина и старик, пораженные, посмотрели на мальчика. Так это Зоря Находка, погибшая вместе с Марком и Людой!
Махтей никогда не видел Зорю, а дочь его Валентина видела ее только несколько лет назад. Но оба сразу поверили Грицку. Мальчик, бывая в Соколином, знал там всех.