-- Ничего подобного я не завывала.
-- А твоя игра в четыре руки с Химичевым?
-- Он серьезный музыкант. И никогда не относился ко мне, как к женщине.
-- Не верю я в вашу серьезную музыку.
-- Пусть так. Ты не хотел, чтобы я играла? Я подчинилась. Сколько лет не прикасаюсь к клавишам. А я любила играть, Арсений.
-- Умилен столь тяжкой жертвой.
-- Дальше...
-- Есть и дальше?
-- Есть. Много есть. Тебе неприятно было, что я танцую.
-- Еще бы. Обниматься на моих глазах со всяким болваном!