1. Отношение Вета Антистия к государству⁴⁵⁸⁰ таково, что он, без сомнения, по отношению к Цезарю и по отношению к Антонию проявил бы себя самым ревностным поборником всеобщей свободы⁴⁵⁸¹, если бы ему мог представиться случай; ведь тот, кто, встретившись в Ахайе с Публием Долабеллой, располагавшим солдатами и всадниками, предпочел подвергнуться любой опасности из-за коварства разбойника, вполне готового на всё, но не допустить, чтобы казалось, будто он либо был вынужден дать деньги негоднейшему и бесчестнейшему человеку, либо охотно дал их, — тот добровольно и обещал и дал нам 2 000 000 сестерциев из своих денег⁴⁵⁸² и, что много дороже, предложил свои услуги и присоединился к нам.

2. Мы желали убедить его остаться в лагере в качестве императора и защищать государство; но он решил отправиться домой⁴⁵⁸³, так как он распустил войско; но он подтвердил, что немедленно возвратится к нам, взяв на себя посольство⁴⁵⁸⁴, если консулы не созовут преторских комиций; при таких его взглядах на положение государства я настоятельно советовал ему не откладывать на другое время своего соискания; его поступок должен быть приятен всем, кто только считает, что это войско должно принадлежать государству, тебе же — настолько приятнее, насколько с б о льшим и присутствием духа и славой ты защищаешь нашу свободу и сколь б о льшим достоинством ты будешь наслаждаться, если благодаря нашим замыслам будет достигнут исход, какого мы желаем. И я, мой Цицерон, особенно и по-дружески прошу тебя любить Вета и согласиться на то, чтобы возможно более был возвеличен тот, кого — хотя его и ничем невозможно отпугнуть от намеченного — всё же удастся побудить твоими похвалами и благожелательностью к тому, чтобы он еще более держался своего решения и соблюдал его. Это будет очень приятно мне.

DCCCLI. Квинту Корнифицию, в провинцию Старую Африку

[Fam., XII, 25, §§ 6—7]

Рим, начало мая 43 г.

Цицерон Корнифицию привет.

6. Ты препоручаешь мне моего Публия Лукцея⁴⁵⁸⁵; буду заботливо оберегать его, в чем только смогу. Наших коллег⁴⁵⁸⁶ Гирция и Пансу, людей, спасительных для государства во время их консульства, мы потеряли в очень неподходящее время, когда государство, правда, освобождено от разбоя Антония, но еще не вполне избавлено от затруднений. Если будет возможно, буду оберегать его по своему способу, хотя я уже очень утомлен. Но никакая усталость не должна препятствовать долгу и преданности.

7. Но об этом достаточно. Предпочитаю, чтобы ты узнавал обо мне от других, а не от меня самого. О тебе я слыхал то, чего хочу больше всего. Насчет Гнея Минуция⁴⁵⁸⁷, которого ты в одном письме превознес до небес похвалами, слухи менее благоприятны. Сообщи мне, пожалуйста, в чем здесь дело и вообще что у вас происходит.

DCCCLII. Марку Юнию Бруту, в Грецию

[Brut., I, 5]