5. Постановление сената и суждения. В канун октябрьских календ, в храме Аполлона, при записи присутствовали Луций Домиций, сын Гнея, из Фабиевой767, Агенобарб; Квинт Цецилий, сын Квинта, из Фабиевой, Метелл Пий Сципион; Луций Виллий, сын Луция, из Помптинской, Аннал; Гай Септимий, сын Тита, из Квиринской; Гай Луцилий, сын Гая, из Пупиниевой, Гирр; Гай Скрибоний, сын Гая, из Попилиевой, Курион; Луций Атей, сын Луция, из Анниенской, Капитон; Марк Эппий, сын Марка, из Теретинской. — Консул Марк Марцелл произнес речь о консульских провинциях768; об этом деле так решили: пусть консулы Луций Павел и Гай Марцелл, когда вступят в должность, после дня за девять дней до мартовских календ, которые будут во время их должностных полномочий, доложат сенату о консульских провинциях, и пусть после мартовских календ до этого ни о чем не докладывают, и пусть ни о чем совместно с этим делом консулами не докладывается, и пусть они ради этого дела созовут сенат в течение комициальных дней769 и проведут постановление сената, и когда об этом сенату будет докладываться консулами, пусть будет дозволено привести, не неся за это ответственности, тех, кто из них входит в число 300 судей770. Если что-либо из этого дела будет нужно доложить народу или плебсу771, пусть консулы Сервий, Сульпиций и Марк Марцелл, преторы и народные трибуны, кому из них будет признано нужным, доложат народу или плебсу; если бы они не доложили, то пусть те, кто бы ни был в дальнейшем, доложат народу или плебсу. Запрета не наложил никто.
6. В канун октябрьских календ, в храме Аполлона, при записи присутствовали Луций Домиций, сын Гнея, из Фабиевой, Агенобарб; Квинт Цецилий, сын Квинта, из Фабиевой, Метелл Пий Сципион; Луций Виллий, сын Луция, из Помптинской, Аннал; Гай Септимий, сын Тита, из Квиринской; Гай Луцилий, сын Гая, из Пупиниевой, Гирр; Гай Скрибоний, сын Гая, из Попилиевой, Курион; Луций Атей, сын Луция, из Анниенской, Капитон; Марк Эппий, сын Марка, из Теретинской. — Консул Марк Марцелл произнес речь о провинциях. Об этом деле так решили: сенат полагает, что никому из тех, кто имеет власть налагать запрет, препятствовать, не следует чинить задержку тому, чтобы возможно скорее было доложено сенату о государственном деле и могло состояться постановление сената; кто воспрепятствует и помешает, того сенат признаёт совершившим противогосударственное деяние; если кто-либо наложит запрет на это постановление сената, то сенат признаёт нужным записать суждение и при первой возможности доложить об этом деле сенату и народу.
На это постановление сената наложили запрет народные трибуны Гай Целий, Луций Виниций, Публий Корнелий, Гай Вибий Панса.
7. Сенат также признаёт нужным, чтобы о солдатах, которые находятся в войске Гая Цезаря, которые отслужили свой срок772 и имеют основания, ввиду каковых оснований они должны быть уволены, было доложено этому сословию, чтобы о них было обсуждение и основания были разобраны. Если на это постановление сената кто-либо наложит запрет, сенат признаёт нужным, чтобы было записано суждение и об этом деле при первой возможности доложено этому сословию.
На это постановление сената наложили запрет народные трибуны Гай Целий, Гай Панса.
8. Сенат также признаёт нужным, чтобы в провинцию Киликию, в восемь остальных провинций773, которыми управляют как пропреторы бывшие преторы, которые были преторами и не были в провинции, облеченные военной властью, кого из них на основании постановления сената надлежит посылать в провинции облеченными военной властью как пропреторов, чтобы они, как он признаёт нужным, по жребию посылались в провинции. Если из числа тех, кому на основании постановления сената надлежит идти в провинции, не будет нужного числа, чтобы отправиться в эти провинции, тогда пусть те, кто составлял каждую самую раннюю коллегию преторов и не отправился в провинции, так по жребию отправятся в провинцию; если они не окажутся в нужном числе, пусть тогда следующие из каждой коллегии774, которые были преторами и не отправились в провинции, бросят жребий, пока не наберется того числа, в каковом числе надлежит быть посланными в провинции. Если бы кто-нибудь наложил запрет на это постановление сената, пусть будет записано суждение.
На это постановление сената наложили запрет народные трибуны Гай Целий, Гай Панса.
9. Кроме того, вот что замечено со стороны Гнея Помпея, что принесло людям чрезвычайную уверенность: он говорит, что до мартовских календ он, не совершая несправедливости, не может выносить решения о провинциях Цезаря, но после мартовских календ не поколеблется775. На вопрос: «а если кто-нибудь тогда наложит запрет?» — он сказал, что совершенно не важно, откажется ли Гай Цезарь повиноваться сенату или подготовит кого-нибудь, кто не потерпит, чтобы сенат принял постановление, «А что, — говорит другой, — если он захочет и быть консулом и иметь войско?». А тот возможно мягче: «А что, если мой сын захочет ударить меня палкой?». Этими словами он достиг того, что люди полагают, будто между Помпеем и Цезарем трения. Итак, насколько я вижу, Цезарь хочет прийти либо к одному, либо к другому положению — или остаться с тем, чтобы в этом году суждения о нем не было776, либо, если сможет быть избран, уехать777.
10. Курион готовит все свои силы против него. Чего он может достигнуть, не знаю; предвижу одно: придерживающийся честных взглядов, даже ничего не добившись, не может пасть. Курион обходится со мной благожелательно и возложил на меня занятие своим подарком; ведь если бы он не подарил мне тех, которые ему были привезены для игр — африканских778, то можно, было бы избавиться; теперь же, раз необходимо дать, позаботься, пожалуйста, как я тебя всегда просил, чтобы я получил оттуда нескольких зверей. Поручаю тебе долговое обязательство Ситтия; я послал туда вольноотпущенника Филона и грека Диогена, которым дал полномочия и письмо к тебе. Пожалуйста, позаботься о них и о деле, ради которого я послал. Какое огромное значение это для меня имеет, я изложил в том письме, которое они тебе вручат.