Что такое Гончарова по свидетельствам современников? Красавица. "Nathalie est un ange" [Наташа - ангел (фр.)] (Смирнова). "Печать меланхолии, отречения от себя..." (NB! От очередного бала или платья?) Молчаливая. Если приводятся слова, то пустые. До удивительности бессловесная. Все об улыбке, походке, очах, плечах, даже ушах -- никто о речах. Ибо вся в улыбках, очах, плечах, ушах. Так и останется: невинная, бессловесная -- Елена -- кукла, орудие судьбы.
Страсть к балам -- то же, что пушкинская страсть к стихам: единственная полная возможность выявления. (Явиться -- выявиться!) Входя в зал -- рекла. Всем, от мочки ушка до носка башмачка. Всем сразу. Всем, кроме слов. Все Être [быть (фр.)] красавицы в paraоtre [казаться (фр.)]. Зал и бал -- естественная родина Гончаровой. Гончарова только в эти часы была. Гончарова не кокетничать хотела, а быть. Вот и разгадка Двора и деревни.
А дома зевала, изнывала, даже плакала. Дома -- умирала. Богиня, превращающаяся в куклу, возвращающаяся в небытие.
Если друг другу не пара, то только в христианском смысле брака, зиждущегося на совместном устремлении к добру. Ни совместности, ни устремления, ни добра. Впрочем, устремление было: брачная парная карета, с заездом на Арбат, дом Хитровой (туда молодые поехали после венца), гнала прямо на Черную речку. Отсюда пути расходятся: Гончарова -- к Ланскому, Пушкин -- в Святогорский монастырь.
Языческая пара, без Бога, с только судьбой.
Жуткая подробность. Карета, увозившая Пушкина на Черную речку, на дворцовой набережной поравнялась с каретой Гончаровой. Увидь они друг друга... "Но жена Пушкина была близорука, а Пушкин смотрел в другую сторону".
Фактическое. Пушкин должен был быть убит белым человеком на белой лошади, в которого так свято верил, что даже ошибочно счел его Вейскопфом (он точно свою смерть примерял), -- одним из генералов польской войны, на которую стремился -- навстречу смерти. Судьба посредством Гончаровой выбирает Дантеса, пустое место, равное Гончаровой. Пушкин убит не белой головой, а каким-то -- пробелом.
Кто бы -- кроме?
"Делать было нечего, я стал готовиться к поединку, купил пистолеты, выбрал секунданта, привел бумаги в порядок и начал дожидаться и прождал напрасно три месяца. Я твердо, впрочем, решил не стрелять в Пушкина, но выдерживать его огонь, сколько ему будет угодно".
(Гр. В. А. Соллогуб -- обиженный им!)