Жизни радуйся живущий".
Так бы и "радовалась" -- до старости, если бы, семь лет спустя после смерти Пушкина, не вышла замуж за Ланского, давшего ей -- неисповедимы пути господни! -- то, чего не мог дать -- раз не дал! -- Пушкин: человеческую душу.
Здесь кончается Гончарова -- Елена, Гончарова -- пустое место, Гончарова -- богиня, и начинается другая Гончарова: Гончарова -- жена, Гончарова -- мать. Гончарова -- любящая, новая Гончарова, которая, может быть, и полюбила бы Пушкина.
Ну, а вне Пушкина, Дантеса, Ланского? Сама по себе? Не было. Наталья Гончарова вся в житейской биографии, фактах (другой вопрос -- каких), как Елена Троянская вся в борьбе ахейцев и данайцев. Елены Троянской -- вне невольно вызванных и -- тем -- претерпенных ею событий просто нету. Пустое место между сцепившихся ладоней действия. Разведите -- воздух.
Вот Наталья Гончарова -- та.
Наша:
Молодая девушка, чудом труда и дара, внезапно оказывается во главе российской живописи. Затем... Затем все то же. Никаких фактов, кроме актов. Чисто мужская биография, творца через творение, вся в действии, вне претерпевания. Что обратное Наталье Гончаровой -- той? Наталья Гончарова -- эта. Ибо обратное красавице не чудовище ("la belle et la monstre" [Красавица и чудовище (фр.)]), как в первую секунду может показаться, а -- сущность, личность, печать. Ведь если и красавица -- не красавица, красавица -- только красавица.
"J'aurais dû devenir très belle, mais les longues veilles et le peu de soins que je donnais а ma beaut é ..." (George Sand, "Histoire de ma vie...") "Я должна была бы стать весьма красивой, но продолжительные бдения и недостаточный уход за собой..." (Жорж Санд, "История моей жизни") (фр.).
И еще -- беру наугад: "Она происходила из московского купеческого рода Колобовых и была взята в замужество в дворянский род не за богатство, а за красоту. Но лучшие ее свойства были -- душевная красота и светлый разум, в котором..." и т. д., и от красоты уже откатились, чтобы больше к ней не возвращаться (Лесков о своей бабушке). И -- тысяча таких свидетельств. Так, многие красавицы рожденные красавицами не были -- "Ne daigne" [Не снисхожу (фр.)] красоте, как Наташа Ростова -- уму, как многие -- славе, как столькие -- счастью! Чтобы быть красавицей -- счастливицей -- нужно, если не: этого хотеть, то во всяком случае этому не противиться. Всякое отклонение -- сопротивление.
Так по какой же примете сравниваю двух Гончаровых? Неужели только из-за одинаковости имен и родства -- даже не прямого? С моей стороны -- не легкомыслие ли, а для Гончаровой -- нашей -- не оскорбление ли? Эту весомость -- с тем ничтожеством? Это всё -- с тем ничто? Словом, родись Наталья Гончарова, -- наша -- в другой семье и зовись она не Наталья и не Гончарова, -- сравнивала бы я ее с Натальей Гончаровой -- той? Нет, конечно. Стало быть, все дело в именах?