— Умерла, — сказал великанчик.
— Да, — кивнул слон.
И они подняли трубу. Накрыли и понесли. И больше не играла музыка. И слышно было, как в небе плыли облака.История четвертаяНу, конечно, после такой сказки я знаю, что рассказать, — весёлое.
Ха-ха! Хо-хо! Хи-хи! Хе-хе!
Да-да. О том самом, о том, как великанчик смеялся.
Ха-ха! Хо-хо! Хи-хи!! Хе-хе!
И громкий же был тот смех! От него шпили слетали с башен. Трубы валились на землю, и крыши домов прыгали, как будто их без конца щипали.
Ха-ха! Хо-хо! Хи-хи! Хе-хе!
Конечно, всё это могло бы кончиться зем-ле-тря-се-ни-ем, но тут папа великанчика задумался.
Нельзя малышу запретить смеяться. Нельзя. Заплачет.