XLIX
Молодой двор и ближние люди Екатерины II. — Великая княгиня Наталия Алексеевна.—Граф Андрей Кир. Разумовский.—Ник. Ив. Салтыков.—Великие князья Александр и Константин Павловичи.—Актер Федор Григорьевич Волков.—А.В. Храповицкий.—Безбородко.— Князь А. А. Вяземский и его повытчики: Васильев, Алексеев, Трощинский и Хвостов.—Граф Брюс и Никита Иванович Рылеев.
Известно, что мать (Екатерина II) не любила сына, сын не был расположен к матери,—событие противу закона природы. Сколь бы в детях недостатки ощутительны, погрешности значительны ни были, родители всегда готовы скрыть их, готовы с пожертвованием собственных выгод и уважения обратить на себя все неприятности, неудобства, всю неловкость и погрешности, чтобы отклонить худыя последствия от произведенных ими на свет. Мне скажут: были и есть примеры таким событиям, что родители не могли терпеть детей, а дети—родителей. Достойно сожаления, что должно в том согласиться и допустить изъятие в законн самой природы. Скорее это случиться может между отца и сына; сомнение, часто происходящее без всякаго основания и доказательства, может родить в отце недоброжелательство к тому, в ком он должен видеть перваго, лучшаго себе друга, видеть самого себя. Но как предполагать возможность нерасположения в матери к рожденному ею? Сомнению здесь нет места.
Екатерина считала тот день потерянным в жизни своей, когда она была обязана, по этикету двора или по каким-либо иным обстоятельствам, видеть своего сына. Царедворцы в это время старались, под разными предлогами, уклоняться, не быть присутствующими соглядатаями неприятной и затруднительной для самих себя сцены. Они не умели определить пределов уважению, которыми были обязаны наследнику трона. Искренняя преданность и достодолжное почтение, ему оказанныя, могли произвесть у императрицы неприятныя для них последствия. Вынужденная покорность, холодная и натянутая учтивость уверяли царедворцев в припамятовании в свое время от наследника, будущаго их повелителя. Деловые люди, кабинет-министры и пр. отлагали до другаго дня доклады; комнатные люди, ежеминутно государыню окружавшие, ожидали изъявления со стороны ея неудовольствия, видев в ней худое расположение нрава ( Об этом нерасположении Екатерины к в кн. Павлу Петровичу с малых еще лет его собрано много фактов в книге Д. Ф. Кобеко: ,Великий князь Павел Петрович". Ред. ).
Императрица упрекала (себя) в совести своей, что она заняла по праву принадлежавшей ея сыну трон; известно, что, при восшествии своем на царство, в манифесте было объявлено (?), что она будет править государством до совершеннолетия наследника; до 1796 года Павлу совершились три совершеннолетия и рожденныя от него дети достигли совершеннолетия и были уже двое женаты; однако-же она и не помышляла о возвращении ему принадлежащего наследия. Павел, при восшествии своем на царство, повелел манифест Екатерины о восшествии ея на трон, в котором были изложены подробно все поступки Петра III, вырезать из всех актов и законных книг, отобрать у кого печатные или письменные находились и истребить. Екатерина пренебрегала и привыкла презирать мнение всех и каждаго; но не могло того быть, чтобы она могла подавить чувство внутреннее, обличающее всякую несправедливость.
L.
Расчеты выгод, связей, гордости, богатства—и в частном быту гражданской жизни все подчинили себе во власть! А у сильных на земле другаго понятия не существует,—все чувства души подавлены славолюбием. Сии правила сильных мира сего суть причиною, что они соединяли в XVIII веке детей своих, не обращая ни малейшаго внимания на взаимную склонность и влечение соединяемых неразрывными узами брака на всю их жизнь! Мы видим большею частию прелестную, добродетельную девицу, по разсчетам отданную в супруги человеку ей немилому. Такова была в XVIII в. участь девиц, дочерей больших и малых властителей на земном шаре, их вельмож и богатых людей. Любовь, искренняя дружба могут существовать между людьми равнаго состояния относительно их происхождения и достояния. Но что за ермолафия! Я хотел говорить, что знаю по преданиям о великой княгине Наталье Алексеевне, первой супруге в. кн. Павла Петровича, и вздумал умничать. Мое-ли это дело? Скажем, что знаем.
Великая княгиня Наталья Алексеевна, рожденная принцесса дома князей Дармштадтских, привезена, по назначению и приказанию великой Екатерины, в Петербург. Екатерине не только князек дармштадтский, да король Фридрих II, герой и философ, был всегда покорный и готовый слуга к исполнению велений ея величества,—тогда было не наше (1834 г.) время! Кто знал, т. е. видал хотя издалека Павла Петровича, для того весьма будет понятно и вероятно, что принцесса Наталья Алексеевна едва-ли могла сочетаться с ним в брак по любви.
Наталья Алексеевна была хитрая, тонкаго, проницательнаго ума, вспыльчиваго, настойчиваго нрава женщина.
Неожиданное назначение камергера, графа Андрея Кирилловича Разумовскаго послом в Лондон, было для всех деловых и бездельных царедворцев неразрешимою задачею.