генерал-прокурором.
LXVII.
Нелединский с начала царствования императора Павла был его статс-секретарем. Будучи одарен природою высоким, проницательным умом, получив хорошее образование, приобретя обширныя познания, был по всем отношениям достойным быть человеком, близким русскому самодержцу. Нетрудно было Нелединскому распознать свойства своего повелителя, приобресть его любовь и доверенность. Он с особенным искусством умел докладывать вспыльчивому, строптивому, пугливому и, в первом порыве гнева своего, крайне суровому государю.
В Павловске, в знойный от жара день июля, государю было благоугодно выслушать доклад на балконе. Скоро все приготовили, т. е поставили на балконе стол, двое кресел, и начался доклад. Доклады состояли по делам уголовных преступлений и должны были получить утверждение.
Шесть приговоров были конфирмованы милосердо, и участь падших в преступление облегчена. Но явилась муха—жужжит, юлит; то в нос жальнет, то лысину укусит. Рукой сгоняют муху, проклятая не трусит! Слетит, да снова чок!..
Павел Петрович был в сильном раздражении, и приговоры один суровее другаго были ответом на доклады.
Нелединский решился сократить доклад, желая тем многих спасти от жестоких наказаний, и доложил разсердившемуся государю:
— Ваше Величество, все кончил; более к докладу Вашему Величеству ничего не имею.
Павел пыхнул и, сказав: «хорошо, сударь»,—встал с кресел и пошел...
Прошло недели три, а может быть и более месяца, как Нелединский, улучив веселую минуту у Павла Петровича, принес кипу докладов на утверждение Его Величеству. Началась работа. Нелединский, доложив приговоров десять или более, начал докладывать вновь те, на которые последовало уже утверждение, когда государь был раздражен.